VII Левитановский музыкальный фестиваль

Седьмой счастливый

Текст и фото: Андрей Сафонов

26 сентября, КОНЦЕРТ-ОТКРЫТИЕ

Концерт-открытие был призван задать тон дальнейшему ходу музыкального марафона и обозначить его главную тему: знакомство с творчеством Петра Ильича Чайковского, чей юбилей страна собирается отмечать в наступающем году. Бросилось в глаза практически полное отсутствие свободных мест в партере и наличие нескольких дополнительных рядов стульев - картина приятная для глаза и совершенно невероятная в предыдущие годы. Художественный руководитель фестиваля Алексей Гориболь не стал тратить время на разминку и долгие разговоры и сразу привёл в действие тяжёлую артиллерию.

Седьмой Левитановский открылся выступлением Аскара Абдразакова, солиста Мариинского театра. Аскар Амирович, народный артист Башкортостана и бывший министр культуры этой республики, имеющий за плечами огромный опыт выступлений на самых престижных сценах мира, наконец добрался и до наших краев. Он красив, как его бас и улыбка. В первом отделении Абдразаков исполнил 12 арий и романсов, среди которых были и такие известные, как "Средь шумного бала" Чайковского и ария хана Кончака из оперы "Князь Игорь" Бородина.

Его выступление было безупречным и безошибочным. Его белоснежная улыбка озаряла в паузах зал. Такое исполнение смело можно ставить в пример всем обучающимся оперному искусству. Видно было также, что его концертмейстер Наталия Мордашова не просто человек за роялем, а равноправный член их творческого союза.

Среди зрителей были и те, кто приехал именно на Абдразакова, потому что в родных краях выступление любимого артиста стало редкостью.

Во втором отделении на сцену поднялась Полина Осетинская, давно, по словам Гориболя, ставшая талисманом фестиваля. Она вышла без нот, положила красивые длинные пальцы на клавиши черного "Бехштейна" и с закрытыми глазами нон-стоп отыграла все двенадцать пьес "Времен года" Петра Ильича. Пару лет назад Полина предложила необычный эксперимент, исполнив в таком же режиме все "Колыбельные" Чайковского при выключенном освещении. Тогда часть зрителей просто заснула, что нисколько не смутило исполнительницу, но, видимо, не слишком впечатлило организаторов фестиваля. Поэтому на этот раз свет в зале оставили, а сама Полина открыла глаза лишь дважды - один раз в середине выступления и другой - уже после его окончания. Поэтому снимки у меня получились одинаковые. Ну или почти одинаковые.

Концерт-открытие, несомненно, удался. Прекрасная музыка, отличные исполнители!

Но всё было настолько ровно и идеально, что просто напрашивалась добавка в виде доброй порции драйва или щепотки перца. Как будто ешь любимое печенье Левитана вприкуску с эклерами из кофейни Софьи Петровны Кувшинниковой. Да, такой прихотливый, даже избалованный у нас пошёл зритель, воспитанный в Плёсе Гориболем за шесть предыдущих лет!

Впрочем, перца и драйва оказалось предостаточно в выступлениях двух следующих дней.

27 сентября, ТВОРЧЕСКАЯ ВСТРЕЧА С СЕРГЕЕМ СОЛОВЬЁВЫМ

Второй день можно смело отнести к одному из лучших дней фестиваля за всю его семилетнюю историю. Начало положила непредсказуемая осенняя волжская погода, после ночного тумана одарившая город ярким солнцем, показав гостям тот самый Золотой Плёс, под чарами которого пал Исаак Левитан.

Сразу пошли слухи, что это также заслуга Алексея Гориболя, которому наконец-то удалось договориться с высшими силами. Гости, впервые оказавшиеся у нас, были просто потрясены красотой города. Например, композитор Сергей Ахунов, отвечая на вопросы журналистов, сказал, что любая фотография, сделанная здесь, будет красивой. Потому что везде автоматически получается Левитан, независимо от мастерства фотографа.

После обеда состоялся творческий вечер Сергея Александровича Соловьёва, великолепного режиссёра, известного широким массам в первую очередь по фильму "Асса", ставшим главным событием советского кинематографа конца восьмидесятых. С первого взгляда может показаться странным включение подобного мероприятия в официальную программу. Но специалисты считают Соловьёва одним из самых "музыкальных" режиссёров, и не только в оте­чественном кино. Долгие годы музыку к его фильмам писал Исаак Шварц, а затем наступил период плодотворного сотрудничества с Борисом Гребенщиковым и его коллегами по питерскому рок-андеграунду. Алексей Гориболь, например, считает вполне правомерным сравнивать результаты работы тандема Соловьёва и Шварца с творчеством Федерико Феллини и Нино Рота.

К тому же с месяц назад Сергей Александрович отпраздновал свое 70-летие, а программа Седьмого Левитановского формально была посвящена грядущему 175-летию Чайковского, так что при желании легко можно найти некое подобие цифр и дат. Загадкой оставалось, какая роль отводилась Соловьёву. Несколько лет назад Людмила Петрушевская на пару с Юрием Норштейном просто "отжигали" на сцене, исполняя кабаретные песни, а Ингеборга Дапкунайте читала стихи так, что обессиленные зрители с трудом покидали зал и глаза их были наполнены слезами. Соловьёв, конечно же, не стал петь или декламировать чужую поэзию. Он рассказал о нескольких важных эпизодах своей творческой жизни, о людях, с которыми ему посчастливилось познакомиться благодаря кинематографу, и, конечно же, вспомнил множество поистине анекдотических ситуаций из своей карьеры. Рассказ сопровождался отрывками из его фильмов, а начинался вечер с очень тонкого фортепианного дуэта Алексея Гориболя и Павла Коновалова. Сергей Александрович оказался увлекательнейшим рассказчиком, заставил зрителей забыть о времени, а сам в течение двух часов не присел ни на секунду!

Не обошлось и без вполне прогнозируемого ЧП. Со второго этажа вдруг исчезла выставка "Антилевитан. Неоконченная история шести покушений на Плёс", открывшаяся в первый день. Экспозиция была основана на скандальных материалах, ранее опубликованных на страницах газеты "Плёсский вестник". Официальной причиной закрытия выставки послужило её отсутствие в договоре аренды "Левитан-холла" для проведения фестиваля. По слухам же, дирекция культурного центра сделала это по указанию, поступившему из-за пределов Плёса.

27 сентября, ВЕЧЕР ЧАЙКОВСКОГО

Продолжением дня стал поистине потрясающий концерт "Чайковский", вспоминать который будут ещё долгие годы. Во вступительном слове Гориболь почтил память известного литератора Александра Галушкина, покинувшего наш мир в середине лета. Александр Юрьевич часто приезжал в Плёс, был большим другом и одним из духовных отцов-основателей фестиваля. В память о нём была исполнена пьеса "Размышление". Скрипка - Гайк Казазян, фортепиано - Алексей Гориболь. Скажу честно, после невероятного Пятого Левитановского я был уверен, что меня уже невозможно довести классической музыкой до слёз. Но Седьмому фесту снова удалось это сделать... Чуть позже, пару часов спустя, публика будет неистово скандировать: "Bravo, Гориболь! Viva, Чайковский!" Я же порывался кричать эти слова уже в самом начале концерта!

Затем последовал Первый струнный квартет, написанный по заказу Рубинштейна в 1871 году для первого авторского вечера Петра Ильича. У заказчика не хватало денег на целый оркестр, поэтому молодому композитору было предложено сочинить квартет. На одном из первых исполнений этого произведения присутствовал граф Лев Толстой, который, прослезившись, объявил о наступлении "эры Чайковского".

На фестивале это хрестоматийное ныне произведение исполнила команда, собранная всеобщим любимцем Рустамом Комачковым. В неё кроме самого виолончелиста вошли молодые скрипачи Айлен Притчин и Гайк Казазян, а также альтист Михаил Рудой.

А после антракта зрителей ждала мировая премьера! Впервые по заказу организаторов для фестиваля была написана музыка. Московский композитор Сергей Ахунов сочинил трио для фортепиано, скрипки и виолончели под названием "Чайковский". Отправной точкой для автора стали завершающие такты Шестой симфонии, последнего произведения Петра Ильича. Зал слушал музыку на одном дыхании и, как заведено в подобных случаях, произведение было сразу же исполнено на бис.

За роялем - Гориболь, скрипка - Притчин, виолончель - Комачков.

Завершала концерт великолепная шестерка, самая настоящая струнная "дрим-тим": Комачков, Казазян, Притчин, Рудой и примкнувшие к ним виолончелист Алексей Стеблев и альтист Илья Гофман. Молодые, но уже обладающие огромным опытом, обласканные прессой и жюри всевозможных конкурсов, они идеально исполнили очень сложное и красивое произведение Чайковского "Воспоминание о Флоренции".

Во время их выступления Гориболь перебрался на балкон, но мыслями был на сцене, помогая своим друзьям воображаемой игрой на перилах. Неискушённому в музыке слушателю, к которым я отношу и себя, полезно бывает последить за действиями Алексея: если что-то вдруг идёт не так, Гориболь меняется в лице, нервно выбегает из зала и прячется в гримерке, как будто он сам виновник случившегося, хотя потом ни за что не признаётся, что заметил хоть малейшую шероховатость. Настоящий диктатор на репетициях, в этом вопросе он выступает как отец и защитник своих музыкантов. Впрочем, неровности в выступлениях случаются крайне редко, а обычный зритель скорее всего вовсе ничего и не заметит.

Но этот концерт был из разряда выдающихся. Высочайший уровень исполнения просто взорвал зал. Если вообще случается в природе, что зрители неистовствуют на концертах классической музыки, то в этот вечер плёсская публика вела себя именно так: "Viva, Чайковский! Bravo, Гориболь!"

На фуршете я спросил у мамы Гориболя: "Ирэна, мне показалось или сегодня был один из лучших фестивальных дней за всю его историю?"

"Лучший!" - ответила неувядающая мама, муза и главный критик Алексея, с мнением которой я всегда стараюсь соотнести свои ощущения от услышанного.

"Лучший! - повторила Ирэна, сделала короткую паузу и акцентированно добавила: - Самый лучший!"

28 сентября, КОНЦЕРТ-ЗАКРЫТИЕ

Третий день вызвал у публики настоящий ажиотаж. Ещё бы, гвоздём программы было заявлено выступление популярного актёра Данилы Козловского, поддержать которого на вертолёте прибыл сам Филипп Киркоров! Но первое отделение заключительного концерта было посвящено творчеству Вольфганга Амадея Моцарта, любимого композитора Чайковского, да и вообще всех композиторов.

Концерт начался с сонаты ми минор, написанной для скрипки и фортепиано, однако вместо скрипки зазвучала виолончель Рустама Комачкова, а за роялем, естественно, маэстро Гориболь.

Следует сказать пару слов об условиях съёмки. Перед концертом Алексей объявил организаторам, что если увидит или услышит в зале хоть одного фотографа, то немедленно прекратит выступление и покинет зал. Виноваты, конечно, сами фотографы, в огромном количестве прибывшие накануне на мастер-класс Соловьёва и оглушавшие зал щелчками затворов во время дуэта Гориболя и Коновалова. Сразу вспомнился прошлогодний концерт Дмитрия Когана, посетившего Иваново с благотворительным концертом и раритетной скрипкой Джузеппе Гварнери 1728 года. Насладиться музыкой тогда было просто невозможно именно из-за нашествия моего брата фотографа, как трескучая саранча слетевшегося поглазеть на диковинку. Однако сейчас под раздачу попал и я: пришлось забиться как мышь в углу балкона и пытаться снимать как можно тише и реже. Поэтому все снимки с этого отделения сделаны практически с одной точки.

Интересно всё-таки наблюдать за манерой исполнения Алексея. Он не играет - он живёт за роялем. Губы постоянно что-то напевают, а ведь это и не песня вовсе, нет в ней никаких слов! Да и непонятно, для чего ассистент перелистывает ноты, всё равно Гориболь в них почти не заглядывает и практически не открывает глаз!

Затем последовала соната для фортепиано в четыре руки ре мажор. За роялем пока ещё студенты Гнесинки, но уже многократные обладатели различных премий и наград Павел Коновалов и уроженец Дании Рамез Мханна.

Ирэна ласково называет их "мои принцы". И правда, чем не принцы? Молодые, красивые, невероятно талантливые... Пройдет совсем немного времени и они легко задвинут многих королей профессиональной сцены.

Завершал первое отделение очень сложный фортепианный квартет соль минор. На сцену поднялись Гориболь, Притчин, Гофман и Комачков...

Антракт прошёл в ожидании Данилы Козловского. Во время перерыва было прервано живое интернет-вещание, в этом году впервые организованное на Левитановском фесте.

И вот апофеоз мероприятия: ставший уже легендарным Данила Козловский с сольной программой "Ноктюрн". Если кто и рисковал в этот вечер, то в первую очередь сам Данила, учитывая, что это выступление в новом качестве было для него дебютным - и сразу же перед такой серьёзной публикой. В случае неудачи организаторы просто попеняли бы на гориболевскую страсть к необычным творческим экспериментам. Алексей к тому же в этот вечер сам выступал в новой для себя роли - "раннего Левона Оганезова" (по шуточной, но меткой фразе Полины Осетинской).

Драматический актёр, решивший петь на сцене, невольно примеряет на себя костюм Андрея Миронова. Данила пока ещё не Миронов, но сразу замахнулся на классику советской эстрады 60-х и 70-х годов, включая самого Муслима Магомаева. Я покривил бы душой, если бы сказал, что эксперимент удался на все сто. Начало выдалось очень трудным. Козловский старался, пел "Отважного капитана", бил чечётку. Сначала на балконе очнулись от недолгого оцепенения друзья-музыканты, их бурно поддержали в партере Филипп Киркоров и мама артиста Надежда Звенигородская. Данила явно испытал прилив сил и с утроенной энергией исполнил "Тум-балалайку", во время которой на пол полетел пиджак исполнителя.

Этот момент стал поворотной точкой и оставшаяся часть концерта прошла на ура. В конце Козловский замахнулся уже на самого Синатру, исполнив на безупречном английском "My way".

Закончилось всё овациями, криками "браво" и вызовом на бис.

В интервью после концерта Данила рассказал, что начал петь, потому что почувствовал внутреннюю потребность, хотя пока и не собирается заниматься этим профессионально. А Гориболь поведал поистине чудесную историю о том, как вдвоём с Козловским они распевали по ночной Москве песни Бабаджаняна, и в Газетном переулке, подняв глаза, вдруг увидели самого Арно Арутюновича, по-доброму взиравшего на них с мемориальной доски. Этот случай был воспринят как благословение небес и послужил толчком к созданию программы "Ноктюрн", куда вошли также произведения Таривердиева, Дунаевского и несколько зарубежных шлягеров.

На ужине, посвящённом закрытию фестиваля, слово взял Киркоров, который поддержал эксперимент Гориболя - Козловского, сказав, что не ошибаются только те, кто ничего не делает, а критики критикуют вслед только потому, что безнадёжно остаются позади.

Что-то мне подсказывает, что Филипп Бедросович может стать потенциальным участником следующего, восьмого фестиваля. В каком качестве? Уверен, это будет зависеть не столько от него самого, сколько от гения Алексея Гориболя. А как все это будет, мы скоро узнаем. Потерпите - уже меньше года осталось.


Сайт фестиваля